Последнее на сайте

Новости

Православный календарь






станица Усть-Лабинская

Модератор: Моторный Андрей

станица Усть-Лабинская

Сообщение dzick » Чт мар 10, 2011 9:13 pm

Станица Екатеринодарского отдела ККВ при впадении реки Лабы в Кубань; 8 тыс. жителей (в 1873 г. – 4511 чел.). Основана в 1794 г. и заселена Донскими Казаками, переселенными сюда насильственно после двухгодичных восстаний, уговоров и усмирения.
В 1760 г. темиргоевские князья Болотоко атаковали свиту бесленеевского князя Кануко, сестра которого являлась матерью правящего крымского хана Крым-Гирея (1756–1764). В результате стычки Кануко погиб, а Крым-Гирей, согласно общепринятым понятиям, должен был отомстить. Такова предыстория Лэбэпэ зау – «Усть-Лабинского сражения» – песня о котором сохранилась в черкесском фольклоре. Пшимаф Аутлев датировал это столкновение 6-м июня 1761 г. Эта датировка вполне адекватна, поскольку русское донесение об этом сражении ушло из Моздока в Астрахань 28 июня 1761 г. «Крымский хан, — сообщал И. де Боксберх астраханскому губернатору В. В. Неронову, – на темиргуйцах ищет крови родного своего дяди, Башилбайского владельца…. Весьма великое сражение у тех войск было и многочисленно крымского войска темиргуйским войском побито и ранено, да и в реке Лабе потонуло, причем де потонул аги Ислама Тагетова брат, который в Крыму перед всеми весьма славным воином именовался».
16 августа 1792 г. из Очаковского лимана от Станислава отправилась в путь казачья флотилия, через 9 дней, 25-го числа, достигшая берегов Тамани. Сухопутных маршрутов было два: короткий - через Соколы, Берислав, Крым, Керчь на Тамань и длинный - через Соколы, Берислав на Черкаск, с выходом к реке Ее - северной границе Войсковых земель. В соответствии с конечными пунктами маршрутов началось первоначальное и почти бесконтрольное расселение Черноморских Казаков на пожалованных землях. «Таманские» Казаки селились в самой Тамани, при Старом Темрюке, у Кубани и Черной Протоки. Казаки, прибывшие северным путем, располагались на р. Ее и ее притоках и также уходили в глубь Войсковой территории, оседая там бесчисленными хуторами. Атаман З.А. Чепега, двигаясь с тысячной командой от устья Лабы вниз по Кубани, в мае - июне 1793 г. установил пограничные кордоны и остановился с Войсковым правительством лагерем в Карасунском Куте при Кубани. В 1792-1793 гг. переселенцы основали значительное число слобод (селений), в каждом из которых проживали Казаки различных куреней. В архивных документах этого периода удалось выявить следующие слободы: Захаровка, Тимофеевка, Андреевка, Константиновка, Антоновка, Стояновка, Онуфриевка, Алексеевка, Киргизовка, Большая Киргизовка, Чернолесска, Журавлевка, Ангелинка, Видная, Малая Андреевка, Верхняя, Терновка, Шелестовка, Чернобровка, Семеновка, слобода «Бурлацкого броду». Кроме того, в источниках упоминаются слобода Васюринская (1793 г.), селения Некрасовское, Каневское, Чернобродское. В селении Веселом в августе 1793 г. жил со своей командой полковник Л. Тиховский. 9 июня 1793 г. в рапорте Войскового правительства Таврическому губернатору С.С. Жегулину встречается сообщение о намерении завести «воинские селения по над рекою Кубаном, начиная от устья ея до Усть-Лабинской линии...». Атаман З.А. Чепега начинает рассылать Войсковым полковникам приказы о выселении людей к Кубани. Так, в ордере полковнику Ейской паланки С. Письменному от 4 июля он сообщает, что «должно первые земли заселить по над рекою Кубаном», и предписывает старшин и Казаков, выстроивших свои дома около речки Ей, переселить к Кубани.
Из Дона через станицы Раздорскую и Цымлянскую шла большая дорога в Задонскую степь и на Кубань. Раньше по этой дороге ходили Казаки искать добычи в кубанских степях и в Кавказских горах, по этой же дороге, приходили на Дон за добычей и пленными закубанские татары. Не один Казак томился в плену у закубанских татар и не одна черкешенка была увезена оттуда же Казаками и стала казачьей женой. Это был широкий боевой путь. Здесь, на границе, и во времена Екатерины II война была всегда. Здесь научались воевать Донские Казаки и с этой линии вышли почти все Донские герои. Казак, попадавший сюда на службу, сразу обучался и вниманию и осторожности. Эта линия была школой храбрецов. Раньше на нее шли Казаки охотою, собираясь станицами, или ватагами. При императрице Екатерине Великой по этой линии были поставлены Донские казачьи полки. Они должны были не допускать никакого прорыва в русские города, на них лежала священная обязанность охранять дома казачьи, казачьи станицы и городки.
Примите мой труд, если надо то отругайте да только не очень, ведь когда делают первые шаги, то всегда спотыкаются. Не могу судить о достоинствах, но чего хотелось, то произошло… Что касается моей работы, то это не сборник, а только «материалы» (А. Бигдай)
Аватара пользователя
dzick
 
Сообщения: 349
Зарегистрирован: Ср мар 09, 2011 10:01 pm
Откуда родом: Кубань

Re: станица Усть-Лабинская

Сообщение dzick » Чт мар 10, 2011 10:10 pm

Весной 1777 года Суворова на Кубани не было. Кубанским корпусом в то время командовал генерал Бринк. Первое название крепости Усть-Лаба, встречающееся в литературе, вероятно, и было названием крепости, уничтоженной наводнением. Но ссылки на официальные источники отсутствуют. Карты того, как Суворов ориентировался при поездке на Кубань, не сохранились. Крайняя стесненность в средствах и во времени заставляла строить крепости и фельдшанцы только по типу полевых укреплений, но усиленного типа. Основные оборонительные сооружения этих укреплений состояли из треугольного или трапециевидного рва шириной и глубиной полторы сажени и тонкого вала высотой сажень от поверхности земли. При наличии и окрестности укрепления леса по дну рва устанавливался палисад—забор из вертикально закопанных бревен длиной девять-десять футов. Если местность была песчаная, то вал заключался в двойной плетень и укреплялся фашинами. Скосы вала во всех случаях укреплялись дерном, прикрепляемым к эскарпу и контрэскарпу деревянными шпильками. По валу устанавливались туры — корзины без дна с земляной засыпкой, которые служили прикрытием стоящим за валом на банкете ружейным стрелкам. Если не имелось леса, то туры заменялись земляными мешками. Во фланках (боковая сторона бастиона, обращенная ко рву) бастионов крепостей и в фасах фельдшанцев прорезались пушечные амбразуры, а с внутренней стороны из толстых досок или жердей настилались орудийные платформы. За валом со стороны поля — три кольца волчьих ям шириной и глубиной полтора аршина, с острыми кольями на дне. Ямы самым тщательным образом маскировались камышом или хворостом. Далее устанавливались ряды рогаток, соединенных цепями. Каждая рогатка представляла из себя деревянный брус длиной девять футов с просверленными отверстиями, куда вставлялись веретенья — острые колья длиной пять футов. Оборонительные ворота делались из жердей или толстых досок. Створки их имели бойницы для ружей. Иногда, для усиления ворот, их прикрывали траверсом из двойного плетня с земляной засыпкой. Вплотную к фасу укрепления, где были ворота, примыкала паланка — вспомогательное укрепление с землянками, конюшнями и всеми хозяйственными сооружениями. Гарнизон в землянках обогревался земляными печами, горнушками, как их называл Суворов, «в которых котлы для парения каш ставятся». Через главный оборонительный ров во всех укреплениях перебрасывались деревянные мосты, в крепостях подъемные, а в фельдшанцах сдвижные, на катках. Сдвижные мосты были и через малые рвы паланок, и через волчьи ямы.
2 января 1778 года 47-летний генерал-поручик российской армии Александр Васильевич Суворов начал путь от Азова, проехал мимо разрушенных римских поселений, мимо многочисленных курганов-некрополей античных городов, по землям Боспорского царства, хазаров, гуннов, Тмутараканского княжества, разрушенных городищ, остатков крепостей с глубокими рвами, с сохранившимися ориентирами на топографических картах. Осмотрев низовья Кубани и Тамани, Суворов направился вверх по правому берегу Кубани по старой дороге, примерно эта дорога соответствует проложенному современному шоссе. Эта территория была уже хорошо изучена и населена. Ориентируясь по топографическим картам, он посещает дозорные посты, фельдшанцы, редуты, сторожевые пикеты, куреня, оборонительные зимние и летние лагеря с размещением казаков. На многих крепостях с возвышающимися бастионами были установлены трофейные турецкие пушки. В многочисленных укреплениях кордонной линии Кубанского корпуса значилось: 237 офицеров, 596 унтер-офицеров, 8303 - рядовых казака, мастеровых и нестроевых - 1118, больных - 649. Кордонная линия по Кубани от Тамани до Ставрополя протянулась на 540 верст. Кубанский корпус с общей численностью 10654 человека был расставлен равномерно вдоль границы. Казаки часто гибли при набегах, в засадах, при патрулировании. Суворов отвергает кордонную линию охраны границ. Он применяет тактику недробления войск. Для этого он рекомендует как можно быстрее построить 6 крепостей (на самом деле было возведено 9) и 20 фельдшанцев. Все охранные сооружения из глубины территории переносит на правобережье р.Кубани. Этим он расширяет охраняемую, но еще официально не признанную российской территорию. Обезопасил тыл, имеющиеся поселения от набегов и разорения. От Гавриловского фельдшанца (место расположения между станицами Старо-Корсунская и Васюринской) Суворов поднялся на двадцать семь верст вверх по Кубани и вышел к устью р.Лабы. На высоком обрыве, спускающемуся лощиной, поросшей лесом, и было решено построить крепость и назвать ее Усть-Лабой (В.А. Соловьев. Суворов на Кубани 1778-1793гг.). На самом деле название крепости Усть-Лаба это всего лишь версия, желание литературных писателей, кочующая из одной книги в другую. Высказать такую точку зрения есть объективные основания со ссылкой на источники, имеющие юридическое основание. Во-первых сохранилась карта Кубанской кордонной линии с расположением всех оборонительных сооружений, приложенной Суворовым к рапорту, направленному Румянцеву с припиской: "Редуты, запланированные повелением генерал-поручика Суворова..., ...далее на этом месте была построена крепость Александровская..." (там же, стр.89-90). Во-вторых, в ЦГВИА сохранились два подлинных документа "Описание расположения, находящихся на Кубани войск к содержанию постов...", где подробно описывается расположение крепостей и фельдшанцев. В-третьих, сохранился чертеж-план Александровской крепости. В-четвертых, допущена грубая историческая ошибка, текст, привожу дословно: "После окончания строительства Суворов переименовал крепость в Александровскую, в честь новорожденного великого князя, будущего Александра I" (там же, стр. 117). Будучи сыном привилегированного класса, уроженцем Москвы, Суворов нередко давал возводимым укреплениям наименования, которые были связаны с Москвой, не обошел он своим вниманием и царские фамилии, когда давал крупным укреплениям наименования: Марьинская, Павловская, Екатерининская, Александровская. По достоверным данным служебной переписки Суворова с русским полководцем генерал-фельдмаршалом Румянцевым, эти события имели место с 06.03. по 18.03.1778 г.: "строительство укреплений идет успешно. Около половины сего месяца, уповаю, протянутся полевым укреплениям от Лабы до Темишбергу. 6 марта 1778 г." Само собой разумеется, что за этот короткий промежуток крепость не могла быть возведена, если бы даже круглосуточно работали в 2000 штыковых лопат. Отряд прибывших Казаков в начале 1777 года перезимовал и не сидел без дела. На период прибытия Суворова основные объемы трудоемких работ были выполнены в крепости, которую назовут по приемосдаточному акту - Александровской. С приездом Суворова работа оживилась после рекогносцировки уже возводимого сооружения, устранялись недостатки и выполнялись обязательные коммуникационные сооружения, предъявляемые к крепости, разработанные Суворовым. Прошел 361 год, когда Казаки впервые попытались отворить ворота на Кубань (1637 г.). Более трех столетий Россия медленно осваивала земли Кубани. Осуществлялось тайное, небольшими отрядами расселение людей, направлялись разведчики. Располагавшие ценной информацией, они будут обеспечивать тыл - это проводники, егери, охотники, специалисты по подбору наиболее удобных географически, более выгодных территорий для плановых и крупных переселений. О чем думал великий русский полководец А.В. Суворов в то утро 18 марта 1778 года, покидая крепость, стоя на высоком правом, крутом берегу р.Кубань, изрезанному глубокими оврагами и прикрывающему цитадель от жадных взоров беспокойных соседей, окидывая взором возведенное укрепление - мы не узнаем никогда. Он не любил философствовать, не вел дневников. Он был практик. 14 лет (1778-1792 гг.) казаки проживут в возведенной цитадели на чужой территории, в любое время подвергнутые опасности. Всего 106 дней пробудет А.В.Суворов в свой первый приезд на Кубань в должности командира Кубанского корпуса. За это время была построена Кубанская кордонная оборонительная линия длиною в 530 верст для охраны южных рубежей России.
Примите мой труд, если надо то отругайте да только не очень, ведь когда делают первые шаги, то всегда спотыкаются. Не могу судить о достоинствах, но чего хотелось, то произошло… Что касается моей работы, то это не сборник, а только «материалы» (А. Бигдай)
Аватара пользователя
dzick
 
Сообщения: 349
Зарегистрирован: Ср мар 09, 2011 10:01 pm
Откуда родом: Кубань

Re: станица Усть-Лабинская

Сообщение dzick » Пт мар 11, 2011 9:54 pm

Иногда Ногаи собирались большими толпами и, прорвавши линию застав, устремлялись на Дон. Так в 1782 году ногайцы громадною толпою бросились за Кубань и вошли в задонскую степь. Живо собрались донцы на защиту своих домов. Три полка — Себрякова, Ильи Денисова и Петра Попова открыли их на Куго-Ей и 10 сентября нанесли им жестокое поражение. Атаман Иловайский, донеся об этом Потемкину, писал, что необходимо предпринять казакам поход за Кубань и разорить ногайское гнездо. Для разгрома ногайских орд был назначен Суворов. В его отряде находилось 16 рот пехоты, 16 эскадронов, 16 орудий и 16 донских полков под командою атамана Иловайского. С Иловайским пошли полки: Атаманский, Себрякова, Денисова, Кутейникова, Яновского, Сычева, Попова с донскими пушками, Денисова, Кульбакова, Грекова, Харитонова, Барабанщикова, Леонова, Пантелеева, Исаева и Астахова. 1 октября 1782 года отряд подошел к урочищу Керменчик и здесь казаки увидали многое множество татарских аулов и большие толпы ногайцев. Донские полки атаковали татар. Началась страшная сеча, продолжавшаяся с рассвета почти до полудня. Ногаи бежали. Казаки подожгли их аулы, ворвались на улицы, забрали пленных, женщин, лошадей и скот. В этом разгроме 5000 татар было убито, 4000 взято в плен. Казаки получили 3 тысячи лошадей, 4 тысячи голов скота и более 2 тысяч голов овец. Суворов, не раз бывавший в делах с казаками, первый раз видал работу почти всего Войска. Он был восхищен. "Храбрость, стремительный удар и неутомимость Донского Войска, — писал он Потемкину, — не могу довольно восхвалить перед Вашей Святостью и Государынею Императрицею". Атаман Иловайский был награжден чином генерал-поручика и орденом св. Владимира 2-й степени, полковники — Илья Денисов, Федор Денисов и Михаил Себряков — пожалованы в бригадиры. Все старшины произведены в полковники. На место разгромленной Ногайской орды в 1792 году были поселены Запорожские Казаки (Войско Верных Черноморцев), охотники, они поставили 40 куреней и заложили крепость Екатеринодар. Войско это было названо Черноморским Казачьим Войском. Впоследствии они вошли в состав Кубанского Казачьего Войска. С устройством Черноморского Войска в Задонской степи стало совершенно спокойно. Станицы Раздорская и Цымлянская, бывшие раньше на самом боевом пути, стали на пути торговом, через них потянулись гурты скота и торговые караваны за Кубань и обратно. Но Донским Казакам еще много и долго пришлось воевать на Кубани. В те времена это были неспокойные места. На север от постов пыль вздымали орды Ногайцев, на юге жили Адыги. И хотя официально это считалось мирным соседством, но иногда, под влиянием братьев по вере - Турок, Адыги и Ногайцы нападали на наши укрепления. Чтобы жизнь в этом регионе стала более мирной, Суворов пошел на хитрость. Все ногайские ханы дали присягу императрице Екатерине и обещались ей верно служить. Праздновали это событие три дня. Одной водки было выпито 50 ведер. А по окончанию праздника Суворов предложил ханам с их ордами переселиться за Урал. Земли там было много, и на всех бы хватило с лихвой. Предложение приняли почти все, и с тех пор пыль на дорогах поднимали лишь дикие табуны лошадей. Данная территория официально стала считаться российским государством с момента официального юридического оформления - в 09.01.1792 г. Ясского мира "О присоединении Кубани к России". В 1793 году генерал Гудович переименовал крепость, значительно расширил ее территорию. С этого времени в официальных документах она будет называться Усть-Лабинской крепостью. Казачьи полки остались на Линии.
В пределах этих территорий кочевали ногайцы, а вместе с ними «кочевала» и граница от Моздока до Азова. Ее беспрепятственно проходили скопища ногайцев и горцев, разоряя «русские» (кавычки мои – Л.С.) поселения и кочующих «татар» (кавычки мои – Л.С.). Необходимо было не только защищать, но и осваивать эти земли. Делать это правительство намеревалось с помощью линии крепостей, боевых постов, кордонов и казачьих станиц. По проекту, утвержденному Екатериной II 24 апреля 1777 г. Линия укреплений, идущая от Моздока до Азова, получила официальное название Азово-Моздокской и должна была состоять из десяти крепостей, а также целого ряда редутов, кордонов, укрепленных постов и станиц в промежутках между ними. На Линии должны были быть построены крепости: Екатериноградская, Павловская, Георгиевская, Александровская, Северная, Ставропольская, Московская, Донская. В укреплениях планировалось поселить Хоперских Казаков с Дона и Волжских из-под Камышина и Дубовки (Б. Греков. История СССР, т. I, с. 646). Основанием Азово-Моздокской Линии Россия начинает последовательную политику освоения Северного Кавказа. И главным первопроходцем, пионером в освоении этого края был Казак — «верный слуга» (кавычки мои – Л.С.) Российского государства, а казачьи станицы являлись силовой и хозяйственной опорой этой политики. Опыт освоения и защиты новых территорий у правительства уже был: создание в пограничной полосе не только военных укреплений, опорных пунктов и казачьих станиц. Правительство несло минимальные издержки, ибо вся тяжесть защиты границ и освоения земель, все материальные и финансовые затраты перекладывались на плечи Казаков — даже по почтовому ведомству. Возможно, и не случайно правительство использовало Хоперских и Волжских Казаков с фланговых точек Царицынской линии, как наиболее боеспособную силу, но малонадежную в политическом плане. Волжским не доверяли за их участие в Пугачевском бунте, а Хоперцам как мало проявившим усердия в подавлении его. Организацию переселения Казаков на Кавказ правительство поручило Астраханскому губернатору И.В. Якоби. В его подчинение были переданы Хоперский и Волжский казачьи полки, Владимирский драгунский полк, два батальона стрелков-егерей. Драгуны и егеря являлись силой, опираясь на которую, Якоби должен был решительно пресекать все попытки Казаков к неповиновению, мятежу или бегству. Такие меры в полномочиях губернатора были предусмотрены правительством. Официально считалось, что драгуны и егеря должны были служить военным прикрытием работ на сооружаемой Линии. Перед переселением казачьих полков на Кавказ в 1776 г. Якоби с полковником генштаба И. Германом и командиром Кабардинского полка Н. Ладыженским произвели подробную рекогносцировку и обследование местности громадного пространства в северо-западном направлении до Азова и доложили свои соображения правительству. В соответствии с правительственным планом переселения в мае 1777 г. Якоби вручил командиру Хоперского полка полковнику К. Устинову предписание № 989 кн. Потемкина, где указывалось сформировать полк из Хоперских Казаков в составе 520 человек и переселить вместе с семействами на жительство в Кавказскую губернию (ГАКК, ф. 408, оп. 1, ед. 1, л. 16). На основании данного предписания Хоперцы в полном составе, но без семей, к началу августа прибыли в Царицын. Отсюда 6 августа Хоперский и Волжский казачьи полки под руководством командира драгунского полка Шульца выступили в поход на Северный Кавказ в направлении р. Кумы к редуту при урочище Маджары. 25 сентября колонна полков, пройдя более 500 верст, достигла г. Моздока. Здесь для прибывших были приготовлены провиант, инструменты, строительные материалы и др. Хоперскому казачьему полку выделили северный участок линии — крепости Александровская, Северная, Ставропольская, Московская, Донская. В начале октября драгуны и Хоперские Казаки выступили к месту своего назначения. При переходе 250 Хоперцев и два эскадрона драгун были оставлены на месте, где была запланирована крепость Александровская и приступили к ее сооружению. В 1785 году она была переименована в крепость Северную. Оставшаяся часть драгун и, Хоперцев проследовала дальше и 22 октября прибыла к месту будущей Ставропольской крепости. Строительство велось ускоренными методами: силами Казаков и солдат, которым за 14-часовой рабочий день платили по 5 копеек. Строительные материалы подвозили Ногайцы. Одновременно со строительством крепости строилось вне ее стен и жилье. К началу 1778 г. крепости Ставропольская и Александровская в основном были завершены. К 1781 г. на их строительство было израсходовано 23764 рубля. В ноябре 1777 г. приказом графа Румянцева командующим Кубанским Корпусом был назначен великий русский полководец А. В. Суворов, который осуществлял общий надзор за строительством крепостей Азово-Моздокской Линии и их инспектирование. Особое внимание А. В. Суворов уделял Ставропольской крепости как стыковой Азово-Моздокской и перпендикулярной к ней Кубанской Линии. Он представил большой отчет Румянцеву об экономическом и политическом положении Закубанского края. По его предложению было построено ряд новых дополнительных укреплений. «…по росписанию на май 1779 года все войска были расположены по отдельным районам и укреплениям следующим образом:
1. Курский пехотный полк находился на Таманском острове. Хотя на этом острове и было два очень важных укрепления – Тамань и Темрюк, но в них благодаря отдаленности и изолированности от черкесских границ, можно было ограничиться содержанием одних караулов. Больше значения имел Солнечный фельдшанец в устье Кубани, как место «перелазов», почему сюда требовалось и большее количество войска для ограждения границы от черкесов. На Таманский пост назначено было три пушки артиллерии и пятьдесят Казаков Кубанского Казачьего полка для содержания почт и нужнейших пикетов. Командующим здесь был бригадир Макаров.
2. Тамбовский пехотный полк был расположен между Духовым и Сарским фельдшанцами, обслуживая находившиеся между ними Екатерининскую крепость, Спасский фельдшанец, Новотроицкую крепость и Славянский фельдшанец. Гренадерские роты этого полка и батальон Астраханского драгунского полка предназначались для разъездов на случай усиления действующих частей. Для почтовых нужд и пикетов находился здесь Донской Казачий Кульбакова полк; к артиллерии Тамбовского полка и Астраханского драгунского батальона добавлены были две пушки и общее начальствование над двумя полками и батальоном с артиллериею поручено было полковнику Гамбому. Во второй район входили, следовательно, места по Линии от Темрюка до Копыла.
3. Благовещенская (при Копыле) крепость служила центром следующего третьего района охраны. Сюда входили Правый и Левый фельдшанцы, Каракубанский, Керпильский и Бейсугский редуты, Римский и Ангелинский фельдшанцы, т.е. главным образом укрепления внутренние. Здесь расположены были Низовский пехотный полк, Донской Казачий Денисова полк, батальон Астраханского драгунского полка и батальон Белозерскаго мушкатерскаго полка, с двумя добавочными к имевшимся по частям пушками. Охрана Каракубанского, Керпильского и Бейсугского редутов как внутренних укреплений, ограничивалась содержанием караулов; Римский и Ангелинский фельдшанцы охранялись гарнизонами батальона Белозерского полка, который назначался вместе с тем для прикрытия артиллерийского парка; центр же тяжести составляли Благовещенская крепость, Правый и Левый фельдшанцы. Главным начальником был полковник фон-Галл.
4. Особенно усиленно охранялась Марьинская крепость, лежавшая выше по Кубани. Здесь под командою полковника Юзбаши находились гренадерские роты Белозерского и Нижегородского полков, составлявшие главный резерв, затем гусарский Волынский полк, Донской Казачий Грекова полк, и на усиление обозной при частях артиллерии назначено было шесть орудий главной полевой артиллерии.
5. Еще выше по Кубани, для охраны границы в пределах Архангельского, Нового и Гавриловского фельдшанцев, расположены были один батальон Белозерского мушкетерского полка, Иллирийский гусарский полк, две гренадерские роты Алексеевского полка и Донской Казачий Яновского полк. Кроме обычного состава артиллерии, два орудия назначены были для защиты главного пикета, находившегося при броде через Кубань между Архангельским и Гавриловским фельдшанцами, и два орудия для резервов. Резервные роты с этими добавочными орудиями предназначались для «беспрестанного движения» между Александровскою и Мариинскою крепостями.
6. Алексеевский пехотный полк занимал Александровскую крепость, Михайловский и Западный фельдшанцы и предназначался для движений между Александровскою (впоследствии на месте этой крепости была создана станица Усть-Лабинская – Л.С.) и Павловскою крепостями (см. рис. 2) под командою полковника фон-Ейгеля.
АВРАМОВ Иван Семенович – генерал-майор
09.01.1797–17.11.1797 – шеф Александровского гарнизонного батальона[1]
17.11.1797–15.02.1798 – шеф Александровского гарнизонного полка
15.02.1798–09.04.1798 – шеф Александровского гарнизонного батальона[2]
________________________________________
[1] Назывался гарнизонным полком по имени своего шефа.
[2] Назывался гарнизонным полком по имени своего шефа.
Память о видном военачальнике сербского происхождения Петре Абрамовиче Текели сохраняется на Кубани в названии станицы Петровской, которое происходит от одноименного поста. «На Кубани, – отмечал С.И. Вахрин, наиболее значительные переправы называли по именам и фамилиям командиров […]. Одна из таковых в районе Усть-Лабинской называлась Петровской. Здесь проходили войска под командованием Текелли. Подобную же переправу он производил и в низовьях Кубани, возвращаясь с войсками из-под Анапы» (Вахрин С.И. Биографии кубанских названий (популярный топонимический словарь Краснодарского края) / Под ред. В.Б. Виноградова. Краснодар-Армавир, 1995. С. 51).
7. «Нижегородскаго пехотного полка батальон мушкатеров занимает Павловскую крепость и восточный фельдшанец», сюда же отнесены «три эскадрона гусарского Украинского полка с двумя полковыми единорогами и двумя орудиями главной полевой артиллерии». Затем батальон Нижегородского полка с двумя единорогами, двумя орудиями и с тремя эскадронами Украинского гусарского полка предназначены были для закрытия Царицынской крепости, Всесвятского и Державного фельдшанцев. Наконец, для содержания почт и пикетов как по Азовской дороге так и через Павловскую крепость до Ставрополя назначен Донской Казачий Барабанщикова полк. Располагая таким образом войска, Суворов не назначил определенных пунктов для корпусной и полковых квартир. «Полковые квартиры», по распоряжению Суворова, должны быть в лагерях, а корпусная квартира там, где будет находиться Суворов по требованию обстоятельств. Все же начальники, особенно казачьи, должны находиться «в нужнейших местах» и зорко следить как за неприятелем, так и за сторожевыми частями русских войск. В этом заключалась гарантия «от воровских шаек закубанских разбойников» (Ф. Щербина. История кубанского казачества, т. 1, с.385-387). В 1784 г. на Кубани были выстроены ряд мощных опорных пунктов: Прочный Окоп, Преградный Стан и редут у Невинного мыса (на месте Преградного Стана впоследствии возникала станица Барсуковская, куда из станиц Ставропольской и Московской в 1826 г. было переселено около 150 семей). Также правительство поручило Суворову переселить прикубанских Ногайцев в привольные кочевья левобережья нижней Волги. Летом 1778 г. на Ставрополье с Хопра прибыла первая партия казачьих семей переселенцев, разместившихся в станицах-крепостях Ставропольской и Северной. Поздней осенью 1779 г. с Хопра прибыла вторая группа. В каждую из четырех станиц-крепостей было поселено по 140 семей Казаков. Самые большие тяготы при переселении выпали тем, кто селился в станицах Московской и Донской. Сам переход с Дона на Кавказ растянулся в сроках по целому ряду причин. Пала почти половина лошадей. Бесконечные неурядицы с провиантом. В зиму входили без запасов продовольствия, кормов и топлива. За два года не было решено какое и в каком размере жалование и содержание будут получать казаки. Семьям Казаков-переселенцев в выдаче провианта было отказано. Наконец, самое главное, — к приему переселенцев станицы Московская и Донская были не готовы: сотня есаула Найденова заложив крепости и выполнив более половины работ приостановила строительство за неимением средств. Не получили переселенцы и обещанных 20 руб. подъемных. В своем рапорте князю Потемкину губернатор Якоби и ходатайствовал о назначении хлебного и денежного жалования. Не ожидая ответа на многочисленные рапорты, своею властью он приказал выдавать провиант Казакам наравне с солдатами. Якоби не без основания заявлял, что «Казаки, впавшие в совершенную нужду и оскудение», не бросили линию и не разбежались. Распоряжением Потемкина Казакам было разрешено пользоваться лучшими землями и лесом в неограниченном количестве. 1783 г. для Хоперцев выдался тяжелым. Урожай оказался ниже среднего, да и тот съела саранча. Тем не менее, войсковые власти в категоричной форме потребовали от Казаков вернуть 600 четвертей зерна, выданного в год их прибытия на Линию. Дело дошло до князя Потемкина, приказавшего списать недоимку. К 1781 году Хоперские переселенцы окончательно устроились в новых станицах на Линии. Однако переселенцы с Хопра и Дона продолжали прибывать до начала восьмисотых годов преимущественно «родичи к родичам». В станицах поселились Казаки и весьма незначительная часть лиц не войскового сословия, в основном, священнослужители, торговцы, ремесленники. Четыре станицы-крепости были основательно оснащены артиллерией. Станицы Ставропольская, Московская, Донская, Северная образовали Хоперский полковой округ с центром в Ставропольской крепости. Штатный состав полка насчитывал 16 старшин, 500 казаков, сведенных в пять сотен, и 160 канониров-артиллеристов (по 40 человек на станицу). На Хопре Казакам-переселенцам обещали предоставить льготу на три года — освобождение от службы для обустройства хозяйства. Прибыв на Линию Казаки увидели, что об обещанной льготе не стоит и думать. С первых же дней они оказались втянутыми в непрерывную и изнурительную вооруженную борьбу с необычайно активным «местным» противником. Все, кто был способен держать оружие, оказались под ружьем. На Хопре они оставили обжитые подворья, ухоженные нивы, сады, огороды, могилы предков. Здесь же край был богатый, полный заманчивых надежд, обещавший в самом ближайшем будущем независимую жизнь и достаток, но враждебный. Тут было все для нормального развития хозяйства Казака: благодатный климат, мягкая непродолжительная зима, плодородная, еще не тронутая плугом земля, привольные с неисчерпаемыми кормами пастбища. Однако жить и, начинать хозяйствовать надо было с нуля, под грохот пушек, свист картечи и пуль, под реальной угрозой быть убитым или захваченным в плен. Строил ли Казак свою хату в еще незащищенной станице, вел ли коня на водопой или выезжал в поле, он должен был иметь всегда заряженное ружье за спиной или пистолет за поясом. Как поется в казачьей песне:
С винтовкой всегда за спиною
Край дикий в труде обживать.
Уже в 1779 г. горцы совершили нападение на Ставропольскую крепость. В январе 1778 г. кабардинцы крупными силами (около 10 тыс. чел.) напали на Павловскую крепость. Весной того же года напали на Марьинскую крепость на Золке. Здесь командующему Астраханским (Кавказским) корпусом генералу Якоби был предъявлен ультиматум: «Немедленно срыть все укрепления Азово-Моздокской линии». В ожидании ответа от генерала они вырезали 85 человек и угнали более 5 тысяч голов скота. Разгромленные у Марьинской и Павловской крепостей, отступая, горцы слились с отрядами, подошедшими на помощь, и вновь набросились на Марьинскую крепость. Обложив ее со всех сторон, начали осаду. Немногим более двухсот Казаков под командой капитана Басо умело отразили несколько бешеных приступов. За несколько дней до осады крепости, с Волги в Марьинскую крепость прибыли семьи Казаков: жены, дети, родители. Оказавшись в осаде, жены, девушки-казачки, переодевшись в мужскую одежду («в бабьей грех и, несподручно»), стали в ряды защитников, стойко перенеся все тяготы осады, почти без пищи и воды. Согласованным ударом отряда Астраханского корпуса и вылазкой гарнизона, горцы были наголову разгромлены и предложили мирные переговоры. Переговоры были трудными с бесконечными перерывами, всевозможными уловками, с бесконечными клятвами и заверениями, что подобное больше не повторится, что они хотят только мира с русскими. Предлагали аманатов (заложников), двойное вознаграждение за убытки причиненные Казакам, но твердо стояли на своем: «Срыть все укрепления Линии». В это время несколько крупных отрядов численностью 150-300 чел. ворвались в окрестности Георгиевска, сожгли весь хлеб на полях и сено, угнали много скота. Получив подкрепление из России, Якоби со своим Астраханским корпусом сам перешел в наступление, приняв решение разгромить главные силы Кабардинцев на р. Малка. Загнав и окружив противника на одном из островов, он в многочасовом кровопролитном бою уничтожил десятитысячное полчище. Дважды разгромленная, под Марьевской и на Малке, в конце 1779 г. Кабарда в третий раз признала свое подданство России (1557, 1777, 1779). Разгром Кабардинцев позволил Якоби сосредоточить все свои военные силы и внимание на обеспечении защиты Ставропольского участка Линии, в частности, станиц Московской и Донской: здесь сложилась тяжелая обстановка. Голод мог привести к массовому побегу Казаков с Линии или вооруженному их выступлению, а участившиеся набеги парализовали хозяйственную жизнь. Командование удивляла исключительная активность и дерзость горцев. Разгромленные в одном месте, они появлялись в другом. Уходя от погони, горцы захватывали случайно оказавшихся на их пути людей, скот, что часто обрекало их на поражение от преследователей-казаков. 30 мая 1779 года горцы численностью более 500 человек атаковали Александровский фельдшанц, но были отбиты картечным огнем, потеряв при этом около 60 человек убитыми и ранеными. В полдень прибыл Хоперский казачий полк. Нападавшие это видели и, тем не менее, «едва очухавшись», вновь, остервенело полезли на вал, расстреливаемые чуть ли не в упор картечью. И только тогда, когда их с тыла атаковали две сотни Хоперцев, отхлынули, потеряв более 90 человек. Через месяц новое нападение на это же укрепление. Внезапно выскочив из балки, шайка из 30-40 человек убила трех карауливших табун Казаков и угнала из него более сотни лошадей. Затем дважды атаковала укрепление и опять была отброшена картечью. Отступая, напали на промежуточный пост, прихватили в поле 50 коров. Их преследовали две сотни Хоперцев и настигли у самой переправы. Хищники, порубив шашками коров, сумели улизнуть за Кубань. Хоперцы преследовать их дальше не смогли: им тогда было запрещено переходить Кубань. Осенью 1785 г. скопище горцев численностью около полутора тысяч прорвалось за Линию, разгромило пост Безопасный, защищаемый Хоперскими Казаками, вышло на почтовый Черкасский тракт, а затем на станицу Донскую. Благодаря Казакам-артиллеристам, нападение было отбито. Отступая, горцы убили в окрестных станицах пять человек, 23 захватили в плен, угнали табун лошадей и гурт скота более 500 голов (В. А. Потто. Два века терского казачества, с. 309).
В 1785 г. указом Екатерины II из Кавказской и Астраханской губерний было создано Кавказское наместничество. Наместником назначен граф П. С. Потемкин*, близкий родственник тогда еще могущественного князя Потемкина Таврического.
* ПОТЕМКИН Павел Сергеевич – генерал-поручик, двоюродный брат светлейшего князя Г.А.Потемкина Таврического. С 5 мая 1785 г. наместник на Кавказе и командир Кавказских корпусов. «…неудачи русских и усиленная деятельность закубанских горцев объяснялись в известной мере системой ведения дела командовавшего корпусом генерала Потемкина. Последний как командир корпуса, жил или в Астрахани или вообще вдали от армии и мест ее операций. Из прекрасного далека он руководил делом путем переписки и канцелярщины. Притом же и военными способностями генерал не мог похвалиться. Схватывая отдельные эпизоды и так сказать мелочи боевых деяний корпуса и разнося за них начальников частей, сам Потемкин не только уступал таким генералам как Суворов, но и положительно лишен был способности обобщения мелочей и выработки, на основании их, общего плана. Таким образом, существо дела как бы ускользало от его внимания и черкесы, пользуясь этим, беспрерывно тревожили (Казачье – Л.С.) население и русские войска. При том же Потемкин был командующим корпусом, предназначенным для действий главным образом вне Кубанской области, а войска Таманского полуострова служили лишь чем-то придаточным, временно присоединенным к корпусу. Потемкин их не видел и в тех местах не бывал, а одного имении титулов его, даже ордеров и предписаний, было недостаточно для такого горячего и прихотливого дела, как военное.» (Ф. Щербина. История кубанского казачества, т. 1, с.401)
Административным центром стала станица Екатериноградская. Территория наместничества была разделена на шесть уездов. В числе их был создан Ставропольский уезд. Станица-крепость Ставрополь стала уездным городом со всеми общероссийскими правами. Открытие наместничества состоялось только в 1787 г. Власть наместника распространялась на все поселения, горожан, крестьян, Казаков, кочующих Ногайцев, Калмыков, «мирных» горцев и др. Власть наместника делилась на военную и гражданскую. Однако гражданская власть до Казаков станиц Московской и Донской «не дошла». Как, впрочем, и до других станиц округа. Наместнику края генерал-губернатору П.С. Потемкину передавалось общее командование Кавказским и Кубанским корпусами, размещавшихся на Линии. Обладая такими полномочиями, он мог определять военную и экономическую политику на всей подведомственной ему территории. К концу 80-х гг. Потемкин убедился сам и, сумел убедить в этом правительство, что хозяйственное освоение богатейшего края силами одного казачества невозможно по причинам его малочисленности и специфике военной службы. Учитывая это, Потемкин развернул кампанию по приглашению государственных крестьян и «вольных» людей на новые земли, находящиеся под военным прикрытием крепостей и др. оборонительных пунктов Линии. Желающих было много. На Линии стали быстро возникать крестьянские села. Рядом с казачьими станицами возникают крестьянские селенья Сергиевское, Пелагиада, Надежда, Михайловка. Появились села, целиком основанные отставными солдатами Кавказского корпуса и людьми, знакомыми с оружием. Села стали появляться и на землях Хоперского округа и казачьи паи оказались смежными с крестьянскими наделами. Сразу же после образования в 1786 году Кавказского наместничества поток крестьян-переселенцев еще больше усиливаются. Рядом с казачьими наделами оказались земельные участки крестьян, что привело к бесчисленному потоку жалоб, споров, тяжб и острых конфликтных ситуаций. Казаки жаловались на крестьян своим войсковым властям, крестьяне — властям наместничества. При такой ситуации вопрос еще больше запутывался. Казаки за свою тяжелую военную службу государству никакого вознаграждения не получали. Отсюда вопрос землепользования для Казаков был жизненно важным и всегда стоял на первом месте. А правительство с образованием наместничества с необычайной поспешностью щедрою рукою раздавало громадные земельные участки сановной знати, войсковым начальникам и т. п. За 1786 год 16 помещикам было роздано 83350 десятин земли. Умный и дальновидный командир Хоперского полка К. Устинов увидел, что через 8-10 лет его Казаки останутся без земли. Еще в 1782 г. он обратился к самому князю Потемкину с просьбой об отводе земель, но ответа не получил. В 1786 г. он обращается к Ставропольским властям и предлагает запретить крестьянам-однодворцам распахивать земли, принадлежащие полковому округу. «Защищая» крестьян администрация упрекала чиновников полкового округа, что, Казаки перепахивают уже засеянные крестьянские земли. На многочисленные запросы полковой администрации по землепользованию правление Кавказского наместничества предложило отмежевать полкуземлю из расчета 300 десятин полковому командиру, 60 десятин старшине (офицеру), 30 десятин Казаку. Но это было только предложение. Практически же ничего не было сделано.
«В конце мая 1789 года Турки высадились на восточном берегу Черного моря и заняли пятитысячными отрядами крепости Анапу и Суджук. Опасаясь, чтобы Турки не овладели Таманским полуостровом и не завязали отсюда связей с крымскими татарами, Потемкин Таврический распорядился, чтобы Кубанский корпус был расположен на Таманском полуострове, а часть Кавказского корпуса была придвинута ближе к Кубани. Вследствие этого войска были распределены по Кубани следующим образом: В устье Лабы был поставлен отряд из 4-х батальонов, эскадронов, 300 Казаков при двух орудиях под командою генерал-майора Булакова; при Темижбеке несколько меньшего состава отряд бригадира Депрерадовича; у Недреманного поста отряд генерал-майора Елагина; у Невинного мыса отряд бригадира Германа; наконец, у Песчаного Брода расположился с 4 батальонами пехоты, 3 эскадронами кавалерии, 300 Казаков и 4-мя орудиями сам Теккелий…»(Ф. Щербина. История кубанского казачества, т. 1, с.411-412)
«…После персидского похода графа Зубова командующим войсками на Кавказской линии некоторое время оставался генерал от инфантерии граф Гудович, а в 1798 году на место его назначен был генерал-лейтенант граф Морхов. Это был тот Иринарх Иванович Морхов, который в генерал-майорском чине носил уже Георгиевскую звезду и которого сам Суворов называл не иначе, как "храбрым, непобедимым офицером" [Кроме Георгиевской звезды граф Морхов имел Георгия 4-ой степени и Георгия на шее.]. С тех пор его боевая репутация была упрочена настолько, что заставляла ожидать от него весьма энергичных действий и на Кавказской линии. И действительно, первым, вполне целесообразным предложением графа Морхова было поставить укрепление у Каменного Моста и оттуда протянуть кордонную цепь прямо па Малку так, чтобы кисловодские источники остались позади новой Линии. Но, к сожалению, это первое его распоряжение было вместе с тем и последним. Подвергшись немилости императора Павла, он был отставлен от службы, и преемниками его в течение того же года последовательно являются генерал-лейтенанты Киселев, князь Ураков и, наконец, Кнорринг-второй, главная деятельность которого, .., прошла в Закавказье…» (А.В. Потто «Кавказская война» (в 5-ти томах)Том 1. От древнейших времён до Ермолова). Вопрос об отмежевании Хоперцам земли был решен только в 1820 г. специальным Указом Александра I по приведенным выше нормам. Отдельными (в пяти местах) участками выделены 1934 десятины леса. Потемкин, являясь сторонником мирной колонизации края пытался активно проводить эту политику в жизнь. Устраивая пышные приемы, он приглашал на них «мирную» аристократию горцев — князей, узденей, уорков, щедро одаривая их подарками и золотом, приглашал к себе на службу. Но они, получив подарки, раздав бесчисленное множество клятв и обещаний быть в мире с русскими, вернувшись домой, тут же сколачивали шайки головорезов для набегов. Большое внимание граф Потемкин уделял развитию меновой торговли. При нем было открыто несколько меновых дворов, намечено было открыть таковой и у Невинномысского редута. П. С. Потемкин вел активную дипломатическую переписку с правителями Персии, Грузии и др. Пытался наладить шелководство, расширить виноделие. Переход от казачьей демократии к военной диктатуре в станицах произошел в одночасье. Был выборный атаман, а теперь самым большим начальником станичникам стал начальник полкового округа. Его власть делилась на военную и гражданскую. Военная: организация оборонительной службы по защите округа от военных нападений, управление ходом военных действий и т. п. Гражданская: вся общественная, хозяйственная и прочая жизнь станичников, а также содержание оборонительных сооружений, мостов, переправ, обеспечение провиантских складов запасами и т. п. Общественно-бытовая: поддержание общественного порядка в станице, преследование воров-конокрадов, мошенников, соблюдение Казаками и в их семьях православной обрядности, отправление христианских праздников, соблюдение постов, вопросы воспитания подрастающих поколений, отношения к престарелым и др. В станицах эти функции исполнял станичный начальник, назначаемый из полковой старшины (офицеров). Станичный начальник следил за исполнением приказов и распоряжений окружных начальников. Он обеспечивал организацию обороны станицы, распределение нарядов по внутренней службе, охрану работающих в поле и пасущегося скота. Делал все в станице, как начальство ему велело, и как хотел того сам начальник станицы. Во всех линейных станицах на службе, в общественной, даже семейной жизни, в домашнем быту, вовсем царил военный закон, всем распоряжалась военная власть — грубая, прямолинейная и очень часто несправедливая. В 1787 г. началась русско-турецкая война. Главные события войны проходили на юго-западе России. Здесь были достигнуты блестящие победы А. В. Суворова — Очаков, Рымник. Венцом этих побед был Измаил, взятый 12 декабря 1790 г. Только что созданный Черноморский флот под командованием адмирала Ф. Ушакова дважды разгромил Турецкий флот и стал угрожать Босфору. По условиям Ясского договора Турция признала Кубань естественной границей. Оба ее берега Турции и России запрещалось использовать как плацдармы для нападения друг на друга. Исходя из статей Договора русское командование запретило Казакам при преследовании грабителей-хищников пересекать р. Кубань. Это поставило прикордонное население станиц в невыгодное положение и осложнило сторожевую службу. Этим воспользовались горцы. Число их набегов резко возросло. С обильной добычей достигнув Кубани, они безнаказанно уходили дальше. Российские военные власти много раз обращались к анапскому паше, как гаранту Ясского договора, но тот никаких мер не принимал, а наоборот — открыто помогал, организовывая «оптовые закупки ясыря». В ходе военной компании 1787-1791 гг. правительство и командование Кавказским корпусом сумели правильно оценить стратегическую важность Верхнекубанского участка оборонительной линии. От редута Невинномысского до Усть-Джегутинского поста он прикрывал самый короткий путь из западного Предкавказья в восточное. Еще во время войны правительство предложило командующему Кубанским корпусом генералу Гудовичу разработать проект новых укреплений Сухой и Верхнекубанской Линий, от Тамани до Каспия. Согласно этому плану было намечено строительство новых крепостей и редутов, взамен существующих, и также образовать новую Линию из 12 станиц (!) от крепости Константиногорской перпендикулярно к Кубани и дальше по Кубани к Усть-Лабинской: первая станица между Соленым Бродом и Белой мечетью, вторая при Константиногорской крепости, третью при Кумском фельдшанце, четвертую при Воровсколесском редуте, пятую при Невинномысском редуте, шестую при Темнолесском ретраншементе, седьмую при Недреманном редуте, восьмую при Прочноокопской крепости, девятую при Григорополисском укреплении, десятую при Кавказской крепости, одиннадцатую при Тифлисском редуте и двенадцатую при крепости Усть-Лабинской. Только две первые из двенадцати станиц проектировались в нынешней Терской области, остальные десять станиц находились в пределах Кубанской области. Первые четыре станицы Гудович, находил возможным заселить Казаками Волгскаго полка, следующие три Казаками Хоперского полка и остальные пять станиц — Донскими Казаками, в количестве трех переведенных с Дона полков. Указом 28 февраля 1792 года приказано было привести в исполнение предположения Гудовича по устройству Линии от устья р. Терека и до Екатеринограда и по возведению крепостей и редутов между Екатериноградом и Воронежским редутом. Тогда же для этой цели назначен был из Оренбурга инженер Фере. Тем же указом одобрен был план расположения войск по Кавказу и переселение оставшихся, после Суворовского выселения, ногайских татар на Молочные Воды, по р. Куме и к трухменцам. Но правительство не имело в виду тревожить Волгский и Хоперские полки, сидевшие уже оседло на Кавказе. Взамен этого Высочайше повелено было заселить новую Линию Донскими Казаками в количестве 3000 семейств, для чего оставить шесть (!) донских полков, служивших на Линии. С весны Казакам приказано было начать постройки во вновь заселяемых станицах, а для ускорения строительных работ назначены были расположенные по Линии регулярные войска. Переселяемых Казаков решено было снабдить всем необходимым для житья в станицах и, продолжать выдачу жалованья, провианта и фуража, пока они не обзаведутся хозяйством. На каждую семью назначено по 20 р. денежной субсидии и для постройки церквей по 500 рублей на станицу. Казакам предоставлялось (право) посылать взамен себя охотников с Дона , а самое переселение начать осенью на подводах от донских станиц, обеспечив переселенцев всем необходимым в пути. Поселение новых станиц поручено было командиру Моздокского казачьего полка генерал-майору Савельеву, под руководством Гудовича. В положении командующего пограничными войсками генерал Гудович должен был согласовать двоякого рода цели: выгоды наилучшей защиты края от набегов черкесов и удобства, новых поселенцев. Так как эти последние были военными людьми, то Гудович должен был ввести их в свой общий план военных предназначений. На обширном пространстве от Каспийского моря и до границы Черноморского Войска, Гудович располагал 4-мя драгунскими полками, 3-мя карабинерными, одним пехотным мушкатерским четырех-батальонного состава и 6-ю полками двух-батальонного состава, 2-мя егерскими полками и 5-ю казачьими полками, а всего, следовательно, 21 (!) полком. В ведении же Гудовича находились Хоперское, Волгское, Терское, Семейное и Гребенское Казачьи Войска… Работы начались с постройки Кумской крепости на Песчаном Броде, вблизи нынешней Суворовской станицы. Июля 26 (1792 г.) сюда прибыл инженер капитан Брюзгин, назначивший место как для Кумской крепости, так и для Тамлыкского редута близ Воровского леса, а 19 июня начались и работы. Особенное значение Гудович придавал Усть-Лабинской и Кавказской крепостям, как главным оплотам против набегов горцев. Последняя, как расположенная в крайнем пункте излучины Кубани, должна была закрывать правый фланг Кубанской Линии и преградить главную, наиболее проторенную дорогу, по которой направлялись горцы в набеги. Поэтому, еще 26 июня генерал Булгаков, располагавший тремя мушкатерскими и одним драгунским полками, назначил отряд для заготовления леса на казармы. К этому числу заготовлено уже было 1200 бревен и 500 деревянных лопат. 9 июля прибыл сюда инженер майор Грызлов и приступил к планировке Кавказской крепости на месте бывшей Павловской, которая была построена Суворовым в 1778 году, но в следующем же году была срыта, вследствие заключения мира с Турцией. Знаменитый полководец сразу же нашел наиболее важный пункт для преграждения набегов черкес. И графу Гудовичу оставалось только осуществить это указание проницательного полководца… 6 августа инженер Грызлов представил графу Гудовичу окончательно разработанный план Кавказской крепости и в том же месяце войска приступили к вырытию рва и насыпке вала. Когда прибыл из Оренбурга главный инженер генерал Фере, то 8 сентября он нашел работы по сооружению Кавказской крепости в полном ходу и, как он выразился в рапорте графу Гудовичу, «в неожиданном успехе», почему и просил главнокомандующего «великодушно наградить солдат заработанными деньгами». Инженеру Грызлову и поручику Радину Фере приказал строить редуты у Сухого дуба и выше Темишбека, обозначив на избранных местах главными линиями размеры редутов. Отсюда Фере отправился вниз по Кубани и избрал место для Усть-Лабинской крепости. Постройка крепости велась по всем правилам тогдашнего военно-инженерного искусства. Земля для валов просеивалась через грохоты, просеянная земля смачивалась водою, перекладывалась при насыпке на валу кореньями трав и утрамбовывалась ручными колотушками. Уклоны и покатости выравнивались по градусной доске и обрезывались под рейку. Работы вообще велись аккуратно и о ходе их представлялась графу Гудовичу подробная отчетность через каждые 6 дней… В эту именно пору три донских полка Поздеева, Луковкина и Кошкина, отбывшие свою трехлетнюю очередную службу на Линии, должны были смениться новыми тремя полками Давыдова, Реброва и Алексея Поздеева. Мелкими командами служившие полки занимали кордонные посты по Кубани и распределены были частями при отрядах регулярных войск. Полк Поздеева или атаманский в начале мая 1792 года стоял лагерем около Григориполисского укрепления, а части этого полка находились при редутах Ладожском, Казанском Царицынском, на р. Егорлыке, Терновском и Расшеватском. Штаб полка Кошкина расположен был при Недреманном ретраншементе, а отдельные части Кошкина и Луковкина полков занимали посты при редутах Скрытном, Кубанском, Державном, Убежном и при Недреманном ретраншементе. Из шедших на смену полков прибыл только полк Давыдова, расположенный у Темишбека; полки же Реброва и Алексея Поздеева были задержаны на Дону в момент казачьих волнений… Общее недовольство Казачества выразилось, в наиболее острой форме, прежде всего в атаманском полку Поздеева. Получивши от генерал-майора Савельева распоряжение о назначении полком известного количества рабочих для рубки леса и постройки домов, Казаки отказались исполнить это распоряжение. Напрасно местные власти и казачьи офицеры уговаривали их подчиниться начальству. Казаки не послушались, и волнения, охватившие атаманский полк, быстро распространились и на другие полки. Казаки стали устраивать тайные сходки и остановились на мысли об уходе на Дон. Во главе недовольных стал Казак Поздеева полка Екатерининской станицы Никита Иванович Белогорохов. (Ф. Щербина. История кубанского казачества, т. 1, с. 659-663). «…В это время уже были отчасти сделаны приготовления к колонизации Кубанской Линии. Начиная с 1788 и по 1891 год в некоторых местах Кубанского правобережья были устроены крепости, редуты и ретраншементы в направлении кордонной линии. К началу 1792 года здесь числилась крепость Прочноокопская, укрепление Преградный стан, ретраншемент Темнолесский и 17 редутов: Барсуковский, Кубанский, Надзорный, Недреманный, Убежный, Державный, Григориполисский, Западный, Царицынский, Терновский, Темишбекский, Кавказский, Казанский, Тифлисский, Ладожский, Усть-Лабинский и Воронежский... Самые укрепления отличались примитивным устройством… Редуты, представляли собою временные летние помещения для мелких частей войск. На зиму редуты оставались пустыми, т.к. войска возвращались на зимние квартиры в Ейское укрепление, Азов, Таганрог, в Бахмутский округ и в ближайшие к Черкаску донские станицы…» (Ф. Щербина. История кубанского казачества, т. 1, с. 658).
В исторических источниках неоднократно упоминается о взятии Казаками укреплённых городов (в Болгарии, Закавказье, в Хазарии), однако подробностей осад и штурмов не приводится. Более того, постоянно подчёркивается склонность Казаков к полевым сражениям. Даже обороняя крепости, они выходят из их стен, чтобы дать решающий бой осаждающим. Вероятно, города (Батурин) захватывались по большей части хитростью, внезапностью или же сдавались по договору. Вопрос об осадном искусстве Казаков выходит на первое место и в связи с историей возвращения ими Кубанского правобережья. Территория вернувшихся на свою историческую Родину Казаков была буквально усеяна расположенными в труднодоступных местах укреплёнными поселениями-городищами. Традиционно считается, крепости, редуты и ретраншементы укреплялись рвом и земляным валом, по гребню которого возвышался бревенчатый частокол. Однако исследование оборонительных сооружений ряда городищ позволили пересмотреть эти взгляды. По моему мнению, "при устройстве оборонительных сооружений максимально использовали особенности рельефа, наличие бродов а также остатки укреплений ранней поры. В то же время это были достаточно сложные искусственные сооружения. На первом этапе укрепления площадки, как правило, эскарпировались склоны и возводилась дерево-земляная стена со стороны плато… Небольшая стена ставилась по всему периметру площадки, а со стороны поля перед стеной создавался один или несколько псевдоэскарпов". Рвы, в отличие от укреплений более позднего времени, были, как правило, неглубоки (не более 1,5 м). Более того, они могли отсутствовать и вовсе. Валы выступали не как некое подножие деревянного частокола, а как составная часть оборонительного сооружения. Выглядеть оно, судя по всему, могло различно. Исходя из того что лесов на Кубани мало фортификационные сооружения были укреплены стенами из деревянных клетей, забутованных грунтом. В разрушенном и оплывшем состоянии они и превратились в сохранившиеся поныне земляные валы. В подобной технологии просматриваются следы влияния ближайших юго-восточных соседей Казаков – носителей салтово-маяцкой культуры (аланы и болгары, входившие в состав Хазарского каганата). Салтовские городища укреплялись земляными стенами, облицованными плитами известняка. Казаки, испытывающие определённое культурное влияние с их стороны, заимствовали сам принцип сооружения укреплений, заменив белокаменный "панцирь" на облицовку из более доступных в местах их проживания брёвен. Возведение же перед стеной "псевдоэскарпов" должно было "значительно затруднить [противнику] доступ к самой стене". Однако, в нашем случае просматривается другой вариант фортификационных сооружений. Это относится к Усть-Лабинской крепости. Здесь прослеживаются не менее трех последовательно сменявших друг друга строительных периода. Два из них относятся к роменскому времени. Учитывая, что в пределах раскопа не было встречено материалов, относящихся к периоду, ранее IX в., следует предположить, что Казаки, были не первыми поселенцами места, на котором ныне расположена станица.
При возведении частокола грунт перед ним, включая слой материкового суглинка и верхней части материковой глины, был выбран и, судя по всему, использован при сооружении насыпи вала, в первую очередь, его ядра. При этом образовался врезанный в материковую глину ровик шириной до 1,5 м. В процессе выборки его была прослежена прослойка золы, углей и прокалённого суглинка, понижающаяся к середине ровика и повышающаяся к его бортам. Не исключено, что прослойка оставлена сгоревшими обломками верхней части деревянных оборонительных сооружений данного строительного периода.
Ядро вала было увеличено за счёт слоя тёмно-жёлтого суглинка и усилено поверху и с внешнего склона подсыпками суглинистого грунта. Данные подсыпки первоначально могли составлять опору для боевого настила оборонительного частокола и были поверху скреплены плотным слоем жёлтого суглинка. С напольной стороны у подножия насыпи проходил частокол, который шёл под значительным наклоном, опираясь на насыпь. Он был прослежен в виде столбовых ямок. Ямки эти имели в верхней своей части округлые очертания, но далее приобретали сегментовидную форму, плоской стороной обращённую к насыпи. В заполнении ям были прослежены остатки столба частокола в виде древесного тлена, хорошо сохранившего свою форму. Глубина ямок достигала 1,2-2,28 м. Некоторые из них были прослежены в виде пустот в грунте.
Подобная конструкция частокола известна в русском оборонительном зодчестве как "косой острог" и прослеживается как в позднесредневековый период, так и на ряде памятников того времени. В случае его применения "заострённые сверху брёвна имели наклонное положение. Такая стена поддерживалась небольшой насыпью изнутри крепости, специальными "козлами" или же пристроенным к стене помостом". Следует отметить, что подобная конструкция частокола с наклонным положением его кольев из расколотых надвое брёвен отмечена и на ряде других памятников того времени на территории Кубани и Терека. Наиболее ярким примером может служить Александровская крепость. Здесь ярко проявились традиции оборонительного зодчества, типичные для того времени: "для них была характерна наклонная установка частокола, при этом вал не увеличивал высоту стен, а представлял собой элемент несущей конструкции настила, примыкающего с внутренней стороны к частоколу". Вал здесь был облицован дубовыми плахами, или стены крепости представляли собой единовременное сооружение с тремя ступенчато расположенными "псевдоэскарпами", облицованными наклонным частоколом. Однако, более вероятно, что здесь в разрезе вала могут читаться четыре строительных этапа всё того же "косого острога".
Применение "косого острога" позволяло не только упростить и ускорить процесс постройки укреплений, но вдобавок ещё и резко сокращало "мёртвую зону" обстрела атакующих лучниками защитников, позволяя им поражать неприятеля вблизи самого частокола. Штурм подобного укрытия неминуемо должен был оказаться сопряжённым с серьёзными потерями.
Судя по всему, к первому строительному периоду относится врезанная в насыпь вала подпрямоугольная сгоревшая постройка. Вероятно, сверху постройку перекрывал боевой настил "косого острога", от которого, возможно, и сохранилась прослеженная прослойка золы. Таким образом, укрепления первого строительного периода были, вероятно, уничтожены или значительно повреждены пожаром. При этом следует отметить, что древесный тлен частокола, сохранившийся в столбовой ямке 1 на высоту 2,28 м не имел следов огня. Следы действия огня (прокалённый грунт, угли, зола) сохранились только в придонной части ровика, а также с внутренней стороны вала в пределах врезанной в его толщу постройки. При этом сохранившиеся от неё плахи обгорели преимущественно с внешней стороны. Сторона плах, обращённая к валу, следов воздействия огня не имеет.
В ходе второго строительного периода первоначальные размеры вала были увеличены за счёт досыпок. Следует отметить, что при перестройке укреплений остатки более ранних оборонительных сооружений не были убраны полностью, что позволило в отдельных случаях проследить их в виде древесного тлена. После того, как вал был досыпан, на его склоне был возведён частокол 2. Он был также прослежен в виде столбовых ямок. Подобно предшествующим, они располагались практически на одной линии, имели сегментовидную форму и прилегали к внешнему склону вала. Их удалось проследить на глубину 0,2 – 0,44 м. Как и ранее, при сооружении насыпи вала была произведена подрезка грунта, в результате чего в слое материковой глины образовалась канавка шириной до 0,4 м, в которую устанавливались колья частокола. Основание кольев частокола, упиравшихся в борта врезанной в материковую глину канавки, были засыпаны тёмно-бурым суглинком и затрамбованы поверху плотной прослойкой жёлтой глины.
Присутствие в прослойках лепной керамики, а также характерные конструктивные особенности укреплений (подрезка грунта, установка наклонного частокола) позволяют отнести 2 строительный период также к роменской эпохе истории городища. Но между ним и предшествующим периодом, предположительно, имеется некоторый временной разрыв, в ходе которого разрушенные укрепления не ремонтировались и, насыпь вала оплывала, заполняя собой ровик 1 и пространство перед ним.
Укрепления 2 периода, вероятно, также были разрушены. На это косвенно указывают прослойки прокалённого грунта и расположенные в беспорядке обломки деревянных оборонительных конструкций. Возможно, остатки брёвен частокола, были затем разобраны для хозяйственных нужд, что повлекло за собой новое оплывание насыпи вала, лишенной своей деревянной облицовки.
Во время третьего строительного периода насыпь вала ещё более увеличилась за счёт досыпок. Во всех этих прослойках была встречена лепная и круговая керамика, которая датируется периодом не позднее XIХ в., что позволяет отнести к этому времени и дату 3 строительного периода.
Деревянных оборонительных сооружений, относящихся к данному периоду, прослежено не было. Вероятно, они располагались на гребне насыпи и представляли собой либо стены, рубленные "по-городовому", либо вертикальный частокол. У подножия насыпи вала в этот период существовал глубокий и широкий оборонительный ров, край которого были зафиксированы. Склон рва резко уходил вниз и носил на себе следы прокала. В значительно заплывшем состоянии ров этот сохранился и до сих пор (по нему в настоящее время проложена асфальтированная дорога). Зафиксированный в пределах раскопа его край перекрыт поверху слоем 16, который, согласно содержащейся в нём керамике, не может быть датирован временем, ранее XIХ в. Соответственно, учитывая результаты исследований на площадке укрытия, следует предположить, что и последнее по времени обновление оборонительных сооружений произошло после примерно векового перерыва, в первой половине XIХ в. При этом обновление было произведено уже в совсем иных традициях оборонного зодчества, нежели те, что удалось проследить в 1 и 2 периодах. О возобновлении жизни на городище в данный период говорят и находки, отмеченные в более поздних культурных напластованиях его площадки – обломки керамики XVIII-XIX вв.
Однако материалы, полученные при раскопках, дают возможность не только в первом приближении реконструировать историю типичного укрытия, но также и прояснить некоторые детали, относящиеся к военному делу России рубежа XVIII-XIX вв., в частности к осадной тактике защитников крепости.
В результате раскопок в числе прочего была исследована жилая постройка того времени, погибшая в огне пожара. Судя по всему, постройка была двухярусной и двухкамерной, с соломенной (камышовой) кровлей. Первый ярус был углублён в землю и врезан в материковый суглинок, второй ярус был наземным. Полуподземные помещения, разделённые материковой перегородкой, сообщались между собой и, возможно, имели выход наверх через люк в деревянном перекрытии над ямой. Об этом, возможно, свидетельствует вырезанный в материковом грунте её северной стены порожек. С востока к ним примыкала хозяйственная яма, на дне которого был установлен мощный опорный столб, оставивший яму. Всё сооружение в целом находилось под единой крышей. Анализ стратиграфии комплекса позволяет предположить, что золисто-углистый слой 1 является остатками сгоревшей соломенной (камышовой) кровли постройки; золисто-углистый слой 3 и прослойка 1 (зола и рыбья чешуя) представляются следами сгоревшего перекрытия между верхней и нижней частями постройки; прослойка 2 (древесный тлен) является остатками дощатого пола. Перекрытия поддерживались мощными опорами, установленными в столбовых ямах, две из которых удалось проследить в пределах раскопа.
Примите мой труд, если надо то отругайте да только не очень, ведь когда делают первые шаги, то всегда спотыкаются. Не могу судить о достоинствах, но чего хотелось, то произошло… Что касается моей работы, то это не сборник, а только «материалы» (А. Бигдай)
Аватара пользователя
dzick
 
Сообщения: 349
Зарегистрирован: Ср мар 09, 2011 10:01 pm
Откуда родом: Кубань

Re: станица Усть-Лабинская

Сообщение dzick » Чт апр 28, 2011 8:01 pm

Имеющим возможность работать в архиве РГВИА предлагаю ссылку по которой можно найти материал по крепости Усть-Лабинской и выложить на наш сайт.
Слава Кубани...

УСТЬ-ЛАБИНСКАЯ КРЕПОСТЬ (1794 - 1849)
РГВИА раздел 2. Ф. 13151, 13 ед. хр., 1794 - 1840 гг., оп. 1
Основана в 1794 г. на правом фланге Кавказской линии. Крепость 3 класса. Упразднена в 1849 г. Высочайшие приказы, указы Сената, Инженерной экспедиции Военной коллегии, приказы Военного министерства. Документы о приведении крепости в оборонительное положение. Отчеты о строительных работах в крепости. Сведения о состоянии крепостей Кавказской линии. Приходно-расходные ведомости денежных сумм. Ведомость воинских зданий, сметы на их постройку. Журнал исходящих документов Полевой инженерной команды на Кавказской линии.
Планы воинских зданий.
Кондуитные и формулярные списки, аттестации офицеров. Переписка по личному составу.
Примите мой труд, если надо то отругайте да только не очень, ведь когда делают первые шаги, то всегда спотыкаются. Не могу судить о достоинствах, но чего хотелось, то произошло… Что касается моей работы, то это не сборник, а только «материалы» (А. Бигдай)
Аватара пользователя
dzick
 
Сообщения: 349
Зарегистрирован: Ср мар 09, 2011 10:01 pm
Откуда родом: Кубань

Re: станица Усть-Лабинская

Сообщение dzick » Вт май 17, 2011 7:23 pm

У устья реки Лабы, к берегу спускалась широкая лощина, поросшая лесом. С запада возвышался обрыв, на котором и было решено построить крепость и назвать ее Усть-Лабой. В плане это многоугольник примерно 85X85 саженей, со сложным профилем. Крепость имела три полных бастиона и один полубастион. Пушечных платформ у амбразур не было. Спускавшийся к реке овраг, по которому водоносы ходили брать для солдатских котлов воду, прикрывался тремя траверсами. С севера к цитадели, где была полковая штаб-квартира, примыкала довольно большая паланка, в которой размещался сильный корволант.
В 1793 году генерал Гудович расширил крепость, оставив в неприкосновенности одну восточную куртину с двумя бастионами да два приречных полубастиона. Гудович возвратил крепости старое название— Усть-Лабинская крепость. Здесь в конце XVIII века была штаб-квартира Суздальского полка, который нес службу по охране границы. Здесь сидели в земляных ямах, ожидая суда, участники Персидского бунта; на плацу крепости их и подвергали жестоким наказаниям перед отправкой в Сибирь.

В 1802 г. гарнизон Усть-Лабинской крепости составляли:
- Суздальский мушкатерский полк, командир полка генерал-майор Шеньшин;
-донские казачьи полки Быхалова и Фролова.

Официальные данные указывают, что только с учреждением в 1812 г. менового двора в Усть-Лабинской крепости начался меновой торг обывателей Линии с обывателями Закубанья.
Предметами мены со стороны горцев служили: лес, различные изделия по части утвари, одежды и конского снаряжения; со стороны Казаков - большей частью соль, в которой горцы нуждались и которую принимали охотно.
Обширные склады соли находились на каждом меновом дворе. Меновой торг подобного рода носил название "сатовки" (Сатовка - от адыгейского "сату"). Казаки за крайне дешевую цену приобретали на сатовках: бурки, сукно, черкески, седла, ремни и т.п.

В 1813 г. все войска на Кавказской Линии были разбиты на 2 бригады, подчиненные бригадным командирам 19-й пехотной дивизии.
1-я бригада занимала кордон от границы Черномории до крепости Константиногорской - что составляло правый фланг Линии.
Кавказский казачий полк (состоящий из Екатеринославских Казаков) вместе с Кубанским казачьим (Донские Казаки, переселенные на Линию в 1795 г.) и Хоперским казачьим вошел в состав 1-й бригады, в состав которой входили: Суздальский, Вологодский пехотный, донские казачьи полки: Араканцева, Ильина 1-го, Сычева 3-го, Агеева 3-го).
Кордон Кавказского казачьего полка простирался от поста Изрядный Источник до поста Тернового, которым он примыкал к кордону Кубанского казачьего полка. Кордон этот делился на дистанции и включал следующие посты: Изрядный Источник, станица Воронежская, пост Воронежский, станица Усть-Лабинская, пост Усть-Лабинский, редут Васильевский, пост Девятибратский, пост Дубовый, станица Ладожская, пост Ладожский, пост на Ханкова хуторах, пост Соломатин, станица Тифлисская, пост Тифлисский, пост Кадушкин, пост Казанский, станица Казанская, пост Романовский, пост Ивановский, пост Малый Темижбекский, пост Большой Темижбекский, пост Терновый.

В 1819 г. ст. Темижбекская отчислена от Кавказского полка в Кубанский, а взамен от Кубанского в Кавказский перечислена ст. Усть-Лабинская; вместе с тем штат полка уменьшен с 900 до 872 чел., отчислением в Кубанский полк 28 служащих казаков.

С 1828 г. звание пятидесятник" отменено и введено звание "урядник".
Поселенные линейные полки разделены на 2 бригады, а в вооружении казаков отменены пики.
1-я бригада: 1-й Кавказский, 2-й Кубанский, 3-й Хоперский и 4-й Волгский полки.
В 1-й бригаде установлен однообразный темно-синий мундир, а погоны, бешметы и верхи папах получили цвета по полкам: в 1-м - красный, во 2-м - белый, в 3-м - желтый, в 4-м - темно-голубой.

В 1832 г. Кавказский полк включен в состав Кавказского Линейного Войска.
Округ Кавказского полка составили станицы: Казанская, Тифлисская, Ладожская, Усть-Лабинская, Воронежская, Новодонецкая, Новомалороссийская, Архангельская, Ильинская, Дмитриевская.
Полк выставлял 14 сотен, в числе 1446 строевых нижних чинов.
Такой состав полка, округа его и 1-й бригады удержался до 1 января 1846 г.

В 1835 г. станицы Кавказского полка усилены переселением к ним 452 семейств из внутренних губерний.

В 1836 и 1837 гг. приселено еще 1211 душ м.п.

1845 год
14 февраля. Высочайше утверждено положение о Кавказском Казачьем Войске. Территорию Войска составляет пространство от границ Черноморского Войска до Каспийского моря. Главное правление Войска учреждено в Ставрополе. Земля Кавказского Казачьего Войска разделена на 17 полковых округов, составлявших 8 бригад: 1-я бригада - 1-й и 2-й Кавказский полк; 2-я бригада - 1-й и 2-й Лабинский полк; 3-я бригада - 1-й и 2-й Кубанский полк; 4-я бригада - 1-й и 2-й Ставропольский полк; 5-я бригада - 1-й и 2-й Хоперский полк; 6-я бригада - 1-й и 2-й Волгский полк; 7-я бригада - Горский и Владикавказский полки и 8-я бригада - Моздокский, Гребенский и Кизлярский полки. Кроме вышеперечисленных полков в состав Войска вошли: Команда гвардейских линейных Казаков Собственного Его Императорского Величества Конвоя, одна конно-артиллерийская бригада и дивизион в составе Кавказского сводного иррегулярного полка, находившегося в действующей армии; затем команда Войсковых мастеровых и торговое общество Казаков. Бригадные управления находились: 1-я бригада - в станице Усть-Лабинской, 2-я - в станице Воздвиженской, 3-я - в станице Прочно-Окопской, 4-я - в станице Николаевской, 5-я - в станице Суворовской, 6-я - в станице Есентукской, 7-я - в станице Прохладной и 8-я - станице Червленой.

С 1840 по 1846 гг. переселено из Кавказского полка:
1) на Лабинскую Линию: в Лабинский полк - казачьих семей - 197, офицерских - 7;
2) во Владикавказский полк - казачьих семейств - 15;
3) в Сунженский полк - казачьих семейств - 15.

1 января 1846 г. Кавказский полк прежнего состава расформирован и сформированы 2 Кавказских казачьих полка, составивших 1-ю бригаду Кавказского Линейного Войска.
в 1-й Кавказский полковой округ вошли следующие станицы: Новодонецкая, Новомалороссийская, Ильинская и Архангельская (штаб-квартира полка).
2-й Кавказский полковой округ составляли станицы: Казанская, Тифлисская, Ладожская (штаб-квартира полка), Усть-Лабинская и Воронежская.
Штаб-квартира 1-й бригады Кавказского Линейного Войска находилась в ст. Ладожской. Оба полка имели следующий штат (каждый): полковой командир - (не было), командующий полком - 1 (в чине подполковника или войскового старшины), войсковой старшина - 1, есаулов - 5, сотников - 6, хорунжих - 7, урядников - 50, приказных - 48, штаб-трубач - 1, трубачей - 12, казаков - 750.
В 1848 г. к составу 1-й бригады причислены были казенные селения: Новорождественское, Тихорецкое, Терновское и Новопокровское. Селения эти были обращены в пешие станицы 1-й бригады Кавказского Линейного Войска и в 1849 г. из них сформирован казачий батальон Кавказского Линейного Войска, в двух комплектах, из которых льготный комплект № 2 в 1854 г. был мобилизован и составил № 2-й пеший батальон Кавказского Линейного Войска.
В 1857 г. для удобства комплектования, в 1-й бригаде Кавказского линейного Войска уничтожены были полковые и батальонные округа, а взамен их образован 1-й бригадный округ из станиц: Новодонецкой, Новомалороссийской, Архангельской, Ильинской, Казанской, Тифлисской, Ладожской, Усть-Лабинской, Воронежской, Новорождественской, Тихорецкой, Терновской, Новопокровской. Весь этот бригадный округ должен был комплектовать 2 конных полка; 1-й и 2-й Кавказские, и пеший батальон Кавказского Линейного Войска (в 2-х комплектах).
В 1860 г. состоялось присоединение первых 6 бригад Кавказского Линейного Войска к Черноморскому Казачьему Войску и образование Кубанского Казачьего Войска.
В Кавказском полку за время с 1803 г. по 1846 г. переменились следующие командиры, именно: есаул Леонтий Иванович Гречишкин (с 14 октября 1803 г. по 25 января 1804 г.); войсковой старшина Яков Яковлевич Усков (с 25 января 1804 г. по 1811 г.); майор Потапов (с 1811 г. по 1814 г., он же командовал и Кубанским полком), майор Аким Степанович Дыдымов (с 27 января 1814 г. по 19 августа 1825 г.), подполковник Эдуард Карлович Васмунд (с 14 июня 1826 г. по 7 июля 1834 г.), подполковник Стефан Никифорович Левашев (с 7 июля 1834 г. по 13 марта 1836 г.), подполковник Эдуард Карлович Васмунд с 23 апреля 1836 г. по 1844 г.), подполковник Адам Станиславович Войцицкий (с 21 ноября 1844 г. по 13 августа 1846 г.)
"Содержание офицеров-Казаков было крайне скудно, между тем, установившаяся обычаем роскошная форма одежды, по образцу и вообще, офицерский ранг, требовали немалых затрат.
Произведенные же в офицерские чины "зауряд" получали жалованье наравне с пятидесятниками (урядниками), терпели и крайнюю нужду и унижение своего достоинства. относительно содержания надо заметить, что оно за службу на Линии и не далее 100 верст от домов по обыкновенному окладу, служащим же далее 100 верст - по старому гусарскому окладу.
Каково было в то время (XVII-XIX вв.) содержание можно видеть из приведенных ниже окладов для высшего и нижнего чинов.
Обыкновенный оклад содержания в год:
- войсковому старшине - 49 руб. 50 коп.,
- хорунжему - 49 руб. 50 коп.,
- зауряд-хорунжему, пятидесятнику и казаку 11 руб. 88 коп.
Провианта:
- войсковому старшине - муки 3 четверти, круп 2 четверика.,
- казаку - 2 четверика и 2 гарн.
Старый гусарский оклад в год:
- войсковому старшине - 577 руб. 05 коп.,
- хорунжему - 250 руб. 30 коп.,
- зауряд-хорунжему, пятидесятнику и казаку 16 руб. 66 коп.
Фуража:
- войсковому старшине - овса 24 четверти, сена - 360 пуд.,
- хорунжему - овса 18 четвертей, сена - 270 пуд.,
- казаку - овса 12 четвер., сена - 180 пуд.
Нынешних приварочных денег Казаки не получали. За павших в походах лошадей также ничего не выдавалось и только с образованием "барантовой суммы", в 20-х годах, из нее отпускались пособия на этот предмет". [Могилевцев Н.М. Краткие исторические сведения о Кавказском конном полке Кубанского Казачьего Войска. т. 5, ст. 5]

Командующие 1-м и 2-м Кавказскими полками 1-й бригады Кавказского Линейного Войска:
1-м Кавказским полком - майор Викторов (с 13 августа 1846 г. по сентябрь 1849 г.);
войсковой старшина Петр Дмитриевич Венков (с 3 февраля 1850 г. по декабрь 1855 г.);
войсковой старшина Влас Ефимович Фролов (с 15 декабря 1855 г. по 1859 г.).

2-м Кавказским полком:
войсковой старшина Косякин (предназначался для командования полком, но умер в 1846 г., до отдания Высочайшего приказа)
войсковой старшина Семен Козьмич Валуев (с 1847 по 1859 гг.).

Командующие 10-м и 11-м конными полками Кубанского Казачьего войска:
№ 10 конным полком - подполковник Михаил Михайлович Баскаков (с 28 июля 1859 г. по 13 октября 1865 г.);
войсковой старшина Степан Яковлевич Кухаренко (с 13 октября 1865 г. по 1 января 1871 г.).
№ 11 (ст. Усть-Лабинская, входила в состав этого полка) конным полком - подполковник Федор Борисович Полуэктов (с 21 мая 1859 г. по 20 октября 1865 г.);
подполковник Демьян Иванович Косякин (с 20 апреля 1865 г. по 1 января 1871 г.).

Командиры Кавказского конного полка Кубанского Казачьего Войска:
подполковник Виктор Петрович Мищенко (с 1 января 1871 г. по декабрь 1876 г.);
полковник Михаил Михайлович Кирьянов (с 7 лддекабря 1876 г. по 28 марта 1880 г.);
полковник Александр Карлович Клюки-фон-Клугенау (с 16 апреля 1880 г. по 16 февраля 1883 г.);
полковник Михаил Егорович Есаулов (с 23 февраля 1883 г. по 6 февраля 1886 г.);
войсковой старшина Андрей Евстафтьевич Яковлев (временно командовавший полком с 1 сентября 1885 г. по 6 февраля 1886 г.);
полковник Елеазар Иванович Бежанов (с 6 февраля 1886 г. по 1889 г.)."
[Могилевцев Н.М. Краткие исторические сведения о Кавказском конном полке Кубанского Казачьего Войска. т. 5, ст. 5]
Примите мой труд, если надо то отругайте да только не очень, ведь когда делают первые шаги, то всегда спотыкаются. Не могу судить о достоинствах, но чего хотелось, то произошло… Что касается моей работы, то это не сборник, а только «материалы» (А. Бигдай)
Аватара пользователя
dzick
 
Сообщения: 349
Зарегистрирован: Ср мар 09, 2011 10:01 pm
Откуда родом: Кубань

Re: станица Усть-Лабинская

Сообщение dzick » Пт июл 26, 2013 9:17 pm

IMG_5271.JPG
Макет Александровской крепости в станице Усть-Лабинской (Музей г. Усть-Лабинска)
Примите мой труд, если надо то отругайте да только не очень, ведь когда делают первые шаги, то всегда спотыкаются. Не могу судить о достоинствах, но чего хотелось, то произошло… Что касается моей работы, то это не сборник, а только «материалы» (А. Бигдай)
Аватара пользователя
dzick
 
Сообщения: 349
Зарегистрирован: Ср мар 09, 2011 10:01 pm
Откуда родом: Кубань

Re: станица Усть-Лабинская

Сообщение dzick » Пт июл 26, 2013 9:19 pm

IMG_5272.JPG
Примите мой труд, если надо то отругайте да только не очень, ведь когда делают первые шаги, то всегда спотыкаются. Не могу судить о достоинствах, но чего хотелось, то произошло… Что касается моей работы, то это не сборник, а только «материалы» (А. Бигдай)
Аватара пользователя
dzick
 
Сообщения: 349
Зарегистрирован: Ср мар 09, 2011 10:01 pm
Откуда родом: Кубань

Re: станица Усть-Лабинская

Сообщение dzick » Пт июл 26, 2013 9:20 pm

IMG_5273.JPG
Примите мой труд, если надо то отругайте да только не очень, ведь когда делают первые шаги, то всегда спотыкаются. Не могу судить о достоинствах, но чего хотелось, то произошло… Что касается моей работы, то это не сборник, а только «материалы» (А. Бигдай)
Аватара пользователя
dzick
 
Сообщения: 349
Зарегистрирован: Ср мар 09, 2011 10:01 pm
Откуда родом: Кубань

Re: станица Усть-Лабинская

Сообщение dzick » Пт июл 26, 2013 9:22 pm

IMG_5275.JPG
Примите мой труд, если надо то отругайте да только не очень, ведь когда делают первые шаги, то всегда спотыкаются. Не могу судить о достоинствах, но чего хотелось, то произошло… Что касается моей работы, то это не сборник, а только «материалы» (А. Бигдай)
Аватара пользователя
dzick
 
Сообщения: 349
Зарегистрирован: Ср мар 09, 2011 10:01 pm
Откуда родом: Кубань

Re: станица Усть-Лабинская

Сообщение dzick » Пт июл 26, 2013 9:24 pm

IMG_5276.JPG
Примите мой труд, если надо то отругайте да только не очень, ведь когда делают первые шаги, то всегда спотыкаются. Не могу судить о достоинствах, но чего хотелось, то произошло… Что касается моей работы, то это не сборник, а только «материалы» (А. Бигдай)
Аватара пользователя
dzick
 
Сообщения: 349
Зарегистрирован: Ср мар 09, 2011 10:01 pm
Откуда родом: Кубань

След.

Вернуться в Кубанское войско

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

ßíäåêñ öèòèðîâàíèÿ Яндекс.Метрика